Главная - Петр и Феврония - Необычность двойного изображения святых супругов

Необычность двойного изображения святых супругов

Тип двойного изображения Петра и Февронии является устойчивым. Раздельные их изображения встречаются редко, но и в этом случае они обычно входят в единую композицию. Так святые представлены в росписях Архангельского собора московского Кремля, где они в «минейном» варианте.

Парные иконы Петра и Февронии «в молении» второй половины XVI в. происходят из Спасского монастыря Мурома. Исполненные, вероятно, местным иконописцем, они первоначально могли быть в деисусном чине храма Кирилла Белозерского.

Проникновенный образ святой двоицы является зримым отражением слов посвященной им службы: «И ныне въ памяти вашей молите Христа Бога, сохраните отечество ваше, и помиловати градъ и люди, почитающая васъ, и спасти души наша».

В храме Николы Набережного в Муроме были иконы XVII в. «монастырского письма по золоченому фону» с изображением на одной доске князя Петра, на другой – княгини Февронии. Храм Николы стоял на месте «государева двора».

В приделе Федора Стратилата находился «образ местный Федора Стратилата да великие Христовы мученицы Ирины на одной доске». Несомненно, на иконе были небесные покровители царя Федора Ивановича и царицы Ирины, царственных супругов, особо почитавших Петра и Февронию.

Наиболее ярким памятником с изображением «двойного» образа святых Петра и Февронии (в «минейном варианте») является покров 1593 г. Автор Муромской редакции Повести (кон. XVII – нач. XVIII вв.) считал, что первоначальным изображением святых был покров, вышитый самой Февронией. Как только она стала монахиней, сразу же она начала вышивать не просто воздух для церкви, а специальный покров для себя и своего князя Петра, «чем будут покровлены тела их» после смерти, «в некоем княжении вечном».

Очевидно, что на рассказчика произвел впечатление тот самый двойной покров XVI века с изображением святых Петра и Февронии, который он мог видеть на гробнице святых в Муроме. Кажется, он не задумывался о том, что покров был выполнен гораздо позже того времени, когда могли жить герои его рассказа.

Любопытно, что в Муроме то же самое предание об этом покрове бытовало в среде верующих еще совсем недавно. Нам доводилось слышать его в конце двадцатого века от одной из прихожанок Муромского Благовещенского собора, которая красочно описывала, как Феврония вышивала драгоценный покров, чтобы лежать под ним вечно со своим возлюбленным супругом.

По мнению исследователей, нераздельные изображения Петра и Февронии «независимы от сюжетного повествования» и «связаны с традиционным художественным воплощением двух избранных святых». Они сходны с устойчивыми парными иконографическими типами, как апостолы Петр и Павел, Сергий и Никон Радонежский, Зосима и Савватий Соловецкие и др.

Но все же очевидна и уникальность парного изображения муромских святых, ведь это не пара святых апостолов или мужчин монахов, не «пара избранных святых», а чета супругов-монахов.

Известен только один случай, когда Феврония изображена без мужа – в иконостасе Софийского придела Смоленского собора Московского Новодевичьего монастыря 1685 г. Освящение придела в честь святой Софьи не было случайным.

Мастера под руководством «жалованного иконописца» Федора Зубова, понимали, что работают по заказу царевны Софьи Алексеевны, соименной святой. Учитывая политические притязания царевны, придворные иконописцы создали один из самых необычных иконостасов.

Главной темой стало изображение святых жен, среди которых особое место занимают русские княжны и княгини. В местном ряду иконостаса помещены иконы святых мучениц Софии и преподобной Феодосии, соименных царевнам. В деисусном чине образы апостолов заменены фигурами русских святых жен – Евфросинии Полоцкой, Февронии Муромской и др.

А вот в деисусном чине XVII в. церкви села Тучкова (неподалеку от Мурома) более близкое к центру место, чем в традиционном иконостасе, занимали муромские чудотворцы, в том числе оба святых супруга – Петр и Феврония. (Саратовский музей им. А. Н. Радищева; Государственная Третьяковская галерея).

Редкая иконография Петра и Февронии связана с необычностью самого сюжета Повести и характера текста службы святым, в которых прославляется единение супругов. «На Руси, почти не знавшей женской святости и любившей рассуждать о женской злобе, вдруг в эпоху Макария в ”Степенной книге” и в житии Февронии женская святость явяется в апофеозе божественной силы и величия и заслоняет собой всякую другую.

Это, конечно, обусловлено не каким-нибудь новым статусом женщины в русском обществе, а новой потребностью дать воплощение образу Премудрости… Именно обращением к библейским истокам мотивировано в ”Житии Петра и Февронии” прославление земного брака, элемент уникальный в русской агиографической традиции и редкий в христианской агиографии вообще.

Призывы к сохранению брачного целомудрия и требование незыблемости брака здесь на земле, параллельно со смыслом метафизическим, имеют нравоучительный смысл», — отмечает М. Б. Плюханова.

Интересным в этой связи представляется ее обращение к иконе Софии Премудрости Божией в виде огнезрачного крылатого ангела, получившего особое истолкование в эпоху Макария: «Имать же девьство лице девиче огнено…

Криле же огнены – высокопаривое пророчество и разум скор являет». В стихирах Михаила в службе Петру и Февронии угадывается использование тропаря из службы святой Ольги: «Крилами богоразумия вперивши твой ум, возлетела еси превыше видимые твари, взыскавши Бога и Творца».

Объединение Ольги и Февронии «в образе крылатой Премудрости еще отчетливее показывает ту умозрительную высоту, на которой образы женской святости в середине XVI в. обретают свой символический смысл».

Но Михаил переосмыслил текст источника и в своем восхвалении эти качества отнес к обоим супругам, чем подчеркнул их полное единение: «Киими песненными добротами, возсхвалимъ Петра блаженнаго, съ прехвалною Феврониею, яко благоразумная крила, прелетевшая от земли на небо, и приближивщиися престолу святыя Троицы: и со анггелы весело ликовствующая, и Христу молящаяся, о оустроении мира, и о сохранении земли российския…иже любовию восхваляютъ…»

 
Двойное изображение на уникальном покрове с мощей святых супругов Петра и Февронии является как бы логическим завершением этой темы. Хотя и существует еще один «двойной» покров XVI в., но на нем представлены два монаха – Сергий и Никон Радонежские. Нераздельное изображение на муромском покрове самым ярким образом показывает, что муж и жена – одно существо, но в двух лицах.

Восхвалением неразлучной «двоицы» пронизан текст службы святым: «Венчаем блаженнаго Петра, вкупе съ премудрою Феврониею, разделенныхъ теломъ, и совокупленныхъ благодатию»; «О Предобрая двойце. О пресветлых светил. О благосопряженная. Един свет во двою телесе сущ»; «Яко советницы добрии своему житию, едину мысль во двою телу имуще мир чудесы просвещаете…»