Главная - Петр и Феврония - Муромский Богородицкий собор - усыпальница святых князей Петра и Февронии

Муромский Богородицкий собор — усыпальница святых князей Петра и Февронии

Муромский Богородицкий собор, главный городской храм, являлся усыпальницей и средоточием культа Петра и Февронии. Мощи святых супругов были его основной святыней.
Принято считать, что каменный «княжий» собор на Воеводской горе существовал уже в XII в. На это косвенно указывает запись в летописи под 1174 г.: «Преставился князь Гюрги Муромьскыи (Юрий — отец Давида Муромского – О. С., Ю. С.) месяца генваря в 19 день и положиша и в Христовы церкви Муроме, юже бе сам создал».

В Лицевой Летописный свод второй половины XVI в. включена миниатюра, иллюстрирующая это событие. Храм на ней показан условно — в виде одноглавой каменной церкви. В 1873 г. при реставрации собора и во время раскопок 1946 и 1980 гг. были найдены обломки колонн, капителей и другие белокаменные фрагменты XII в. Факт захоронения святых Петра и Февронии в «соборной рождества Пр. Богородицы церкви», зафиксированный в житии, по мнению дореволюционных авторов, «с точностию определяет время существования собора» в 1228 г.

Естественно предположить, что сыновья муромского князя Юрия – Владимир (ум. 1204), а затем и Давид (ум. 1227/1228), а также их супруги, были захоронены в том же городском соборе. Вл. В. Седов отмечает, что «с начала XIII в. удельные князья Северо-Восточной Руси погребаются уже в городских соборах своих столиц…

Князья, упокоившиеся в созданных ими соборах и монастырских храмах, почитались местно, но позднейшая история дает множество примеров перенесения их останков из-под пола усыпальниц в стоящие наверху раки…

Княжеское погребение и само тело умершего князя сразу делалось объектом почитания и выделялось архитектурно, но могло и в церковном отношении сделаться объектом поклонения». Не сохранилось ранних свидетельств о поклонении муромским чудотворцам, но можно предполагать, что почитание захоронения местного князя и его супруги в городском соборе Мурома могло стать основой культа Петра и Февронии.

Муромский Богородицкий собор стал «сценой», где произошло знаменательное событие, связанное с двадцатипятилетней междоусобной войной, начатой князем Юрием Звенигородским и продолженной его сыновьями Василием и Дмитрием Шемякой. В 1446 г. великий князь Василий Васильевич был схвачен и ослеплен своим двоюродным братом Дмитрием Шемякой.

Дети великого князя, Иван и Юрий, бежали в Муром. Не решаясь захватить их, Дмитрий послал за ними рязанского епископа Иону, который в муромском соборе принял княжичей с «пелены Пречистой» на свою епитрахиль. В Муроме оно обросло преданиями.

Считалось, что дети великого князя были приняты Ионой перед храмовым образом Рождества Богородицы, почитавшимся как древний. На самом деле эта икона, хранящаяся в ЦМиАР, создана не ранее, чем в конце XVI в. Внимание к Мурому Ивана III объяснялось его спасением здесь в детстве. Н. Тихонравов писал, что в 1468 г. при посещении Мурома великий князь «воссылал в соборном храме молитвы… помня избавление свое от злобы Шемякиной».

Н. Г. Добрынкин предполагал: «Шествие князя с сыном в походе, не составляло ли личного его желания посетить древний град Муром и помолиться святым мощам, Благоверных князей – Петра и Февронии – его сородичам, когда-то в дни отрочества, ниспославшим свое заступничество от козней Шемяки». В местной традиции принято считать, что и «царь Иоан Васильевич Грозный неоднократно посещал Муромский собор в 1549–1552 гг.», хотя в летописях упоминаются только два его посещения.

Нет документальных сведений о том, каким был собор, и в каком месте храма находились мощи святых чудотворцев. Говоря о канонизации этих святых «на духовном соборе, бывшем в Москве, в честь святых угодников Божиих, прославленных нетлением св. мощей и чудесами», А. А. Титов в 1833 г. отметил, что «мощи их и не были открыты».

Н. П. Травчетов писал(1903), что «до открытия своего мощи находились в нише южной стены нижнего придела, где в настоящее время стоит каменная гробница в деревянном футляре, покрытом темным покровом с изображением св. угодников.

То же предание говорит, что оне первоначально были на вскрытии, но, сколько времени пребывали в таком положении, когда сокрыты под спуд и по какому случаю, ничего не известно». По его мнению, в конце XVI в. мощи находились под спудом. Те же сведения приводят и другие авторы.

Наличие «древней» каменной гробницы (утраченной при разрушении собора в конце 1930-х), устное предание о прежнем месте княжеского захоронения, его почитание, возможно, несут в себе отголоски исторических реалий. В ранних храмах Киевской Руси княжеские погребения совершались в каменных саркофагах, открытых для обозрения и размещенных в особых приделах. Позже князей хоронили в «каменных гробах» под полом храма.

А. Г. Мельник пишет: «Мощи святых покоились в раках или гробницах, располагавшихся частично или полностью над поверхностью пола храма. Тогда (XVI — нач. XVII вв — О. С., Ю. С) существовал… широко распространенный обычай устанавливать пустую раку или гробницу над местом захоронения святого.

Другими словами – над мощами, находившимися под спудом». Он также отмечает, что «преобладающим местом размещения надгробного комплекса святого… являлось пространство вблизи южной стены собственно храма, придела или подклета», а «нередко для раки святого в стене храма устраивалась арочная ниша – аркосолий».

Традиция размещения гробницы на правой (или южной) стороне восходит к домонгольскому периоду и ее следует связывать со средневековыми представлениями о конце света, по которым стороны спасения – восток и юг. Место начального нахождения мощей Петра и Февронии — в нише южной стены, под верхним приделом — типично и соответствует традиции.

Пространство под храмом в 1907 г. описал и священник Л. Белоцветов: «С правой стороны от входного помоста дверь ведет вниз, в подвальное помещение, где устроен придел в честь Чудотворцев Петра и Февронии. По преданию здесь почивали тела св. угодников до их открытия…» По замечанию А. А. Епанчина собор «перестроен, кроме подклета, в 1549-1552 гг. Иваном Грозным…

По преданию, св. мощи Петра и Февронии и сына – младенца их… мощи которого почивают в одной раке с родителями, первоначально лежали открыто в двойной каменной гробнице у южной стены подклета собора… Место это пользовалось глубоким почитанием не только муромлян, но и многочисленных паломников».

Первое описание собора содержится в Писцовых книгах Мурома 1625 и 1636 гг., подробно представляющих памятники, связанные с почитанием муромских чудотворцев. В них зафиксирован надгробный комплекс Петра и Февронии. Рака с мощами святых находились наверху в правом приделе: «…в городе же соборная церковь Рождество пречистые Богородицы каменная о трех верхах с папертью… в пределе Верховных Апостол Петра и Павла… лежат Муромские чудотворцы Благоверный Великий Князь Петр да Благоверная Великая Княгиня Феврония.

Строенье та соборная церковь блаженныя памяти Государя Царя и Великого Князя Ивана Васильевича всея русии». В главном иконостасе собора в местном ряду находилась особо чтимая икона Богоматери Одигитрии начала XV в., ныне хорошо известная (ГТГ).

На «затворах» киота иконы были представлены «на золоте» не только «праздники богородичны», но и «муромских чудотворцев». Образ Богородицы и, вероятно, «кивот», были «поставленья… блаженныя памяти Государя Царя и Великаго Князя Ивана Васильевича».

Очевидно, несохранившийся «кивот» был исполнен в середине XVI в. Подробно описан драгоценный убор иконы — «строенье мирское многих обротчиков, а иное прежнево протопопа Ивана збратьею… Да перед тем же образом подсвечник серебрян яблока золочены поставленье тот подсвечник Боярина Дмитрея Ивановича Годунова».

В том же местном ряду располагался «образъ Муромскихъ Чюдотворцевъ» «на празелени» (не сохранился). Вероятно, на нем были изображены Петр и Феврония в молении. Рядом был размещен «образъ же Муромскихъ Чудотворцевъ съ деяниемъ» (очевидно образ 1618 г.).

Всего в местном ряду указано девять икон. В приделе апостолов Петра и Павла, где была гробница, «образ верховных апостол Петра и Павла… на празелени да образ Муромских чудотворцев Благовернаго князя Петра и Княгини Февронии… да в приделе ж рака каменная а в ней лежат Муромские чудотворцы Благоверный Князь Петр и Благоверная Княгиня Феврония покрыты сукном черным а над ракою их образ Благовернаго Князя Петра и Княгини Феврониии с деяньем».

Убранство придела, надо полагать, было осуществлено в 1612-1623/24 гг. Тогда с юго-востока от собора стоял деревянный храм во имя Петра и Февронии: «а в церкве Божия милосердия: образ местный Муромских чудотворцев Благовернаго Князя Петра и Княгини Февронии». Позже были «обнаружены при рытье канав, обгорелые бревна прежде существовавшей здесь деревянной церкви, также упоминаемой в описи Киреевского».

В XVI в. обычно в главном храме устраивали придел, посвященный местному святому, но его гробницу размещали не в приделе, а в пространстве для молящихся указанного храма. Считалось, что это «пространство… было более подходящим местом для гробницы святого».

В нашем случае тенденция соблюдена отчасти: при имеющейся церкви во имя святых Петра и Февронии гробница чудотворцев размещена в приделе Петра и Павла главного храма.

Есть связь между посвящением придела в честь апостолов Петра Павла и размещением в нем мощей Петра и Февронии. Князь Петр тезоименит апостолу Петру, своему небесному покровителю. Старший брат князя – Павел — соименен апостолу Павлу. Апокрифические представления о том, что апостолы Петр и Павел – братья, существуют в средневековых текстах.

По месяцесловам близки дни памяти апостолов Петра и Павла – 29 июня, святых Петра и Февронии – 25 июня. Иногда Петр и Павел поминаются 26 июня одновременно с Давидом Солунским, св. Февронией и преп. Евфросинией. Последние имена соответствуют монашескому имени князя — Петру и двум именам его супруги.

В описании 1636 г. надгробного комплекса указано, что чудотворцы лежат в каменной раке, т. е. что они уже были не «под спудом». Под собором находились «две полатки а в них всякий городовой наряд пушки и ядра… свинец и зелье».

Гробница, по замечанию В. Н. Добрынкина, «двойная каменная, обложена деревом (позднее 1636 г. — О. С., Ю. С.). Одно место от другого отделено каменной стенкой». В «Описи древних церквей города Мурома и древних предметов в них находящихся» конца XIX в. эта гробница датирована XIII в. и указано, что внутри нее «в этих местах были заделаны гроба угодников Божиих Петра и Февронии при их погребении».

Мощи лишь немногих святых России в XVI в. помещались в раках из драгоценных металлов. Большинство гробниц было из камня или дерева. «Черное сукно», которым покрыта рака — «данье» царя Феодора Иоанновича – это, очевидно, будничный вариант убора гробницы. В праздники рака с мощами Петра и Февронии, должно быть, украшалась их лицевым покровом, описанным выше, вкладом того же царя.

До нашего времени он сохранился в сильно измененном виде и утратил драгоценные украшения. Тогда он представлял собой богатый, действительно «праздничный» покров: «Бархат черный на нем образ Благовернаго Князя Петра и Княгини Февронии шиты по багровой камке в облаце образ Пречистые Богородицы воплощение обнизан жемчугом а у чудотворцев венцы низаны жемчугом же а в венцах четыре яхонты да два камени изумруды а около покрова до подножия низано жемчугом а венцы и около риз шито канителью».

В то время над гробницами, и то далеко не всегда, размещались иконы святого, обычно изображенного в молении. Лишь изредка над ракой помещали житийную икону, как в нашем случае – образ Петра и Февронии в деянии. Документ не указывает, где была расположена гробница. По поздним свидетельствам до 1799 г. она была «на правой стороне в том же приделе».

Можно предположить, что после перенесения гробницы наверх она располагалась над легендарным «первоначальным» местом захоронения святых.

До XIX в. сведений о ремонтах собора мало. Не известно, когда вместо трех глав он был увенчан пятиглавием. По мнению В. Н. Добрынкина, ремонт должен был произойти вскоре после составления описи Бартенева (1636), поскольку в ней описано ветхое состояние сводов. Других аргументов автор не приводит. В 1676 г. в соборе проводилась перестройка.

В Переписной книге Мурома и уезда 1646 г. значится: «И всего въ Муроме внутри города церковь Соборная Пресвятыя Богородицы и Честнаго и Славнаго Рождества да в приделехъ Святыхъ верховных Апостолъ Петра и Павла да Благовернаго Князя Петра да Благоверные Княгини Февронии Муромскихъ Чудотворцевъ камена».

В городском соборе указано два придела, один из которых в честь Петра и Февронии. Видимо, деревянной церкви в их честь в тот период уже не было. Подтверждением того же служит и летопись вклада на серебряном кадиле, хранящемся в Муромском музее: «Лета 1159 (1651) зделано сие кадило в соборную ц(е)ркву Рож(д)ества Преч(и)стыя Б(огоро)дицы и муромскихъ чюдотворцевъ вцерковномъ серебре».

В «Описание путешествия в Московию» немецкого ученого и дипломата Адама Олеария (1600-1671), побывавшего в Муроме, есть гравюра с видом муромского кремля. За стенами крепости виден трехглавый Богородицкий собор.

Изменения произошли во внутреннем убранстве собора в последние годы XVII столетия. Между 1682 и 1696 гг., вероятно, был переделан иконостас в центральном храме и частично заменены иконы местного ряда. В приделе апостолов Петра и Павла по-прежнему располагались мощи Петра и Февронии.

О традиции почитания чудотворцев в городском соборе XVII в. свидетельствует замечательная пелена с изображением святых в молении Спасу Эммануилу, шитая пряденым золотом и серебром по малиновой камке (Муромский музей).

Она, очевидно, использовалась как подвесная к одной из упомянутых в описи 1636 г. древних икон с персональным изображением чудотворцев. В соборе хранился синодик конца XVII в., где были вписаны имена святых князя и княгини.

Царь Петр I, посетивший Муром в мае 1722 г., поклонялся «многочисленным муромским чудотворцам и испрашивал от них помощи на брань и победу, подобно тому как предки его Иоанн III и IV делали при походах своих на Казанских татар». Посетил он и городской собор. По свидетельству муромского «летописца», «недавно перестали говорить старожилы, слышавшие от своих предков, как эти последние видели государя в соборном храме».

Перед поездкой он решил ознакомиться с историей древнего города и взял у В. Н. Татищева некую «летопись» или «муромскую топографию», под которой, вероятно, следует понимать сборник муромских житий, в том числе Петра и Февронии. Так, например, на форзаце такого рукописного сборника XVIII в., хранящегося в Сергиево-Посадском музее, имеется надпись: «Муромская летопись. Муром».

Местное предание сохранило память о пребывании в муромском соборе и государыни Екатерины II в 1767 г. Ко времени ее правления относится «сооружение» нового покрова на мощи Петра и Февронии (Муромский музей).

Он с незначительными отклонениями повторяет иконографию древнего (1693). Шитье исполнено золотом и шелками, украшено жемчугом, перламутром, камнями.

18 мая 1798 г. Муром торжественно встречал государя Павла Петровича с цесаревичами. Собором он полюбовался только из-за реки, «изволил хвалить расположение города Мурома». В то время «Богородицкий собор состоит… из двух церквей, но холодная значится о двух этажах, из коих в нижнем на правой стороне придел во имя свв.

Чудотворцев Петра и Февронии… Во втором верхнем этаже главная во имя Рождества Пр. Богородицы с приделом на правой стороне во имя свв. Апостолов Петра и Павла, в котором опочивают мощи свв. Чудотворцев…»

В 1799 г. в соборе произошло знаменательное событие: переложение мощей муромских чудотворцев Петра и Февронии в новую раку. По рассказу А. А. Титова: «В 1799 году августа 21 дня, в 4 часу пополудни приехал в город Муром Его Преосвященство Преосвященнейший Владыко Виктор, епископ Владимирский и Суздальский для переложения в Соборной церкви святых мощей Чудотворцев Князя Петра и Княгини Февронии из старой раки в новую, которая ныне видна в приделе, вшед на левой стороне к алтарю, а старая была гробница на правой стороне в том же приделе.

Августа 22 числа в 9 часу пополудни сам Преосвященный своими руками, с ним при том были Спасского монастыря Архимандрит Афанасий и Соборной церкви Протопоп Василий… Когда кончилось переложение св. мощей, тогда позволено было входить в церковь всякому человеку… Было по всей церкви великое благоухание на полчаса.

Потом Преосвященный Владыко служил молебен угодникам. После молебна было всякому целовать св. мощи и великое множество было народу в это время и теснота, всякий человек желал и старался перед другими целовать Угодников. Еще же приказано было Владыкой по всем церквам Муроме звон ровно на час непрестанно…»

Из этого описания, равно как из документа 1636 г., явствует, что мощи почивали «открыто». Однако некоторые сочинители XIX-начала XX вв. употребляют словесный штамп: «Почивают под спудом мощи Благоверных – Князя Петра… и супруги его Февронии».

Массивная новая рака — из кипариса внутри, снаружи металлическая с позолотой — исполнена в 1797 г. На ней надпись: «Сделана рака сия в царствующем граде Москве в честь и славу св. мощам Князя Петра и Княгини Февронии». Вероятно, в то же время на стенах основного соборного храма исполнили росписи на тему жития чудотворцев. В. Н. Добрынкин, ссылаясь на «местных старожилов», писал, что «на западной стене храма, при входе в придел свв.

Апостолов, было изображено: „Княжение св. Петра”; на северной: „Пострижение кн. Петра в монашество”; на южной: „Пострижение княг. Февронии”». Росписи уничтожены при реставрации 1873-1878 гг., когда стены окрасили «под мрамор». Тогда же древняя гробница была помещена в нижнем приделе чудотворцев, где находилась и ранее. В 1811 г. этот придел, «как обветшавший от времени», возобновлен вновь и освящен 25 июня.

В 1812 г., «в годину тяжких бед для России», с 10 сентября по 20 октября в Благовещенском монастыре находились святыни Московского государства — Иверская и Владимирская иконы. Эти события нашли отклик в литературной истории Повести.

В ее списках XIX в. Р. П. Дмитриева обнаружила дополнение ко Второй редакции: молитву к Петру и Февронии с просьбой погубить «сатану со всем его воинством», исцелить все болезни и сохранить царствующий град Москву и Муром.
В 1834 г. «государь император Николай Павлович прибыл в Муром 12 октября… изволил шествовать пышным нагорным въездом… до собора.

В соборе встречен был протоиереем Троепольским и со всем градским духовенством… изволил прикладываться к святым иконам и мощам Чудотворцев Петра и Февронии». Подобную церемонию совершил 14 августа 1837 г. наследник престола Александр Николаевич, будущий император Александр II.

Муромский «летописец» А. А. Титов преподнес цесаревичу рукопись своего труда «Историческое обозрение города Мурома», где рассказывалось и о Петре и Февронии.
К. Тихонравов в 1857 г. описал крестный ход по случаю переложения мощей других муромских чудотворцев — Константина с чадами — в новую раку, состоявшийся 31 августа 1829 г. В нем, в числе других городских святынь, участвовал образ Петра и Февронии из собора.

В 1868 г. собор Рождества Богородицы стал кафедральным. В Муроме, с конца XVIII в. входившем в состав Владимиро-Суздальской епархии, была учреждена викарная епископская кафедра. В 1873–1878 гг. в соборе велись реставрационные работы под руководством владимирского архитектора Артлебена. Главный иконостас был перемещен вглубь.

Пока шла реставрация, мощи Петра и Февронии находились в храме «Спасова образа, при колокольне». После окончания работ, в 1878 г., рака была размещена в основном храме. «Почему переменено место – не известно», — заметил священник собора Л. Белоцветов.

Надгробный комплекс святых на новом месте был уже иным. На раке (1797) лежал покров малинового бархата с изображением чудотворцев, «лики писаны красками, а одежды шиты золотом и жемчугом». Над гробницею устроен балдахин в виде шатра на четырех колонках. Перед ракой, в качестве надгробного образа, размещалась икона святых с их персональным изображением.

В «Описи древних церквей» она датируется XVII в.: «Близ раки св. чудотворцев образ их с изображением вверху св. Троицы – писана по темно-ореховому полю на деревянной доске». В описаниях собора 1907 и 1915 гг. указано, что «очень древняя икона по написанию» святых чудотворцев помещается в золоченом резном киоте перед ракой. На ней отмечена шитая золотом риза с драгоценными камнями.

Возможно, что эту икону следует идентифицировать с образом Петра и Февронии из иконостаса придельного храма, где ранее находились их мощи. Надгробный житийный образ с «архитектурным средником» теперь хранился в алтаре того же придела, а в помещении перед ним висела житийная икона 1618 г. Хотя гробница с мощами святых была вынесена из придела апостолов, в нем оставались иконы, связанные с культом Петра и Февронии.

«Особо редкую драгоценность собора» — покров чудотворцев 1593 г. — поместили «под стеклом» в другом новом приделе.

При перемещении раки в главный храм надгробный комплекс оказался тесно связанным с другими святынями собора. Вблизи гробницы была размещена вторая по значимости реликвия собора — Муромская икона Богоматери. Неподалеку от гробницы Петра и Февронии, близ амвона, в особом ковчеге хранилась третья святыня – серебряный крест с пятьюдесятью четырьмя частицами мощей «разных угодников Божиих» и различных реликвий. Придел чудотворцев Петра и Февронии в «нижнем этаже» собора также существовал.

Служба в нем совершалась раз в году – в день памяти святых. Там тоже был создан «надгробный комплекс», формировавшийся вокруг древней каменной гробницы. На ней находился «темный покров с изображением св. угодников». Напротив раки располагались иконы, на каждой из которых было представлено по четыре клейма из жития Петра и Февронии.

После революции собор Рождества Богородицы первый раз был закрыт в 1924 г., затем вновь открыт и оставался в распоряжении церковной общины до 1934 г. Главная святыня собора – мощи Петра и Февронии — подверглись обследованию 31 декабря 1923 г. Муромцы выполняли постановление Народного комиссариата юстиции «О ликвидации мощей» от 25 августа 1920 г., предписавшего, что «ликвидация названного культа мертвых тел, кукол и т. п. осуществляется путем передачи их в музей».

В архиве Муромского музея хранится «Акт о вскрытии мощей» Петра и Февронии, в котором указано, что комиссия создана по поручению муромского отдела милиции. После вскрытия рака с мощами Петра и Февронии была передана в музей, где выставлялась в антирелигиозном отделе. Там же размещались мощи и других муромских святых. Затем они находились в хранилище музея.

В течение 1930-х годов проводилось несколько осмотров соборного храма и отмечалось его постепенное разрушение. В 1936 г. он был сдан в аренду одному из расквартированных в городе полков, а через три года принято решение о ликвидации собора и колокольни. Храм Рождества Богородицы был сломан и разобран перед войной, а колокольня – спустя несколько лет.